среда, 20 января 2016 г.

Разговоры о погоде

Давно замечено, и не только мною, что самыми популярными темами, помогающими завязать бесе­ду между людьми, или если беседа стопорится и надо нарушить неловкое молчание, являются политика и погода. Да и народный фольклор часто творит анекдоты на стыке политики и погоды. Вот, к примеру, парочка из последних на злобу дня: «Читая экономические прогнозы наших министров-экономистов о курсе рубля и стоимости нефти, начинаешь понимать, как несправедливы мы были, издеваясь над синоптиками и их прогнозами»; и второй: «Судя по аномально теплому декабрю, Россия не только туристов, но и погоду у Турции и Египта отжала». Но анекдоты на профессиональную погодную тему достойны отдельной публикации (и она таки готовится, между прочим, подборка имеется внушительная). А затрагивать политику в этом эссе мне совсем не хочется. Уж слишком её много стало в нашей жизни в последние два года после известных событий на/в Украине. Из каждого утюга круглосуточно… Зомбофикаторы в телевизионных ток-шоу с обеих сторон так одурманили сознание украинцев и россиян, что многие закадычные друзья стали заклятыми врагами. Даже близкие родственники разделились по убеждениям на «красных» и «белых», и теперь страсти между ними кипят похлеще, чем в семье Мелеховых из романа «Тихий Дон» Михаила Шолохова. Братья и сестры, дети и родители, внуки и дедушки-бабушки из вчера ещё дорогих и близких враз превратились в дешевых и низких... Вот же какая штука – эта жизнь! Тигр Амур и козел Тимур мирно, в полном консенсусе живут в одном вольере. А homo sapiens, славяне, затеяли друг с другом настоящую войну. Но, как условились, в этом эссе ни слова больше о политике не будет. Не буду чесать там, где чешется.
От преамбулы перейдем к фабуле: дальше будем говорить о погоде, о погоде, и только о погоде. Какие возможности она дает нам для общения! Будем откровенны – люди одержимы темой погоды. Согласно статистике, если бы погода не менялась, то девять из десяти человек не смогли бы начать ни одного разговора. И вот ведь что интересно: разговоры о погоде – вовсе не из-за не всегда оправдывающихся прогнозов синоптиков. Говоря о погоде, мы говорим вовсе не о ней. Разго­вор о погоде – это, зачастую, всего лишь предлог для скромных и сдержанных людей начать общаться друг с другом по-настоящему.
Есть у меня молодой товарищ, рижанин, проживающий в Англии. Закончил там университет, и уже несколько лет работает в Лондоне в солидной международной компании. Во время его нечастых «докторских» визитов в Ригу мы с ним ведем задушевные «светские беседы». Он интересуется жизнью моего поколения в трудные послевоенные годы; искренне удивляется, как мы вообще могли жить за «железным занавесом», без поездок «за бугор»,  да ещё и без джинсов, жвачки, и – о, ужас! – без компьютеров, интернета, мобильников, айфонов и айпадов. Меня же интересует жизнь англичан – коренных, а не переселившихся индусов с бывшей Британской колониальной империи или же нахлынувших толп арабских беженцев. И вот какими наблюдениями поделился со мной мой юный друг. Английские джентльмены очень редко употребляют фразу «How do you do?» в качестве универсального стандартного приветствия или же для приглашения к разговору. Более часто звучит «Чудесный день, вы не на­ходите?» или же «Холодно сегодня, правда?». И это вовсе не вопросы о погоде. Эти фразы служат одновременно и приветствием, и приглашением к разговору. И, что интересно, в Англии при обсуждении погоды не принято возражать собеседнику. Это считается дурным тоном. Поэтому собеседник обычно выражает свое согласие словами: «Да, в самом деле» или «Мм, очень холодно». Сплошная вежливость и улыбчивость...
Признаюсь, я сразу же позаимствовал опыт аборигенов туманного Альбиона. И теперь на вопрос: «Как жизнь, Михаил?» отвечаю: «Жизнь моя, как прогноз погоды: все сбывается, только не вовремя». В дискуссиях с апологетами глобального потепления  отшучиваюсь: «Переведите весной часы не на час вперед, а на месяц назад, и глобальное потепление перестанет вас беспокоить». Если же визави особо настырный, то в ход идет общепримиряющее: «Да, конечно, я тоже чувствую глобальное потепление. Как вы думаете – не оттого ли, что мы с каждым днём всё ближе к аду? Скажите честно, когда вы исповедовались у батюшки последний раз?». В обществе интеллектуалов приходится косить под академика: «Намедни американские ученые признали, что теория глобального потепления верна лишь частично. По их уточненным данным, глобальное потепление наступает только летом. А зимой наступает глобальное похолодание». Сварливую особу всегда можно осадить советом: «Не бросайте слов на ветер. Погода нынче весьма переменчива. Всегда существует вероятность того, что через некоторое время направление ветра изменится... И именно ваши слова собьют вас с ног». Ну а лучший способ поставить на место кастрюлеголового нахала – отправить его «в скучную среднеевропейскую климатическую жопу с перепадами на 1-2 градуса». Действует!
Чтобы в гостях не выпить лишнего, и вместе с тем, не обидеть приставучего собеседника или хозяина с его «Ты меня уважаешь?» отшучиваюсь безобидным: «Выпиваю и разговариваю о погоде только с теми, в чьих политических взглядах и способности не напиться я уверен. Извините, но вы этим критериям сегодня не соответствуете».
Эка куда тебя занесло, Михаил! – скажет иной читатель, и продолжит – Откуда такие замудрые размышлизмы? Отвечаю: почитайте «Застольные беседы» Плутарха, и вы убедитесь, что разговоры о погоде изысканное, ответственное занятие, обнаруживающее личностную зрелость людей…
А какие чудные перлы о погоде у Марка Твена! Вот, навскидку: «Неплохо узнать прогноз погоды, прежде чем начинать молиться о дожде», «Если вам не нравится погода в Новой Англии, подождите несколько минут, и она исправится», «Во Франции нет зимы, нет лета и нет нравственности. За вычетом этих недостатков – прекрасная страна», «Банкир – это человек, который одолжит вам зонтик в солнечную погоду, чтобы забрать его, как только начинается дождь». И непременно почитайте «Речь о погоде, произнесенная на семьдесят первом ежегодном обеде Ново-английского общества, в городе Нью-Йорке» Марка Твена. Гугл вам в помощь! Восхитительный спич, обхохочетесь.
Теперь из далекой Пиндосии снова возвратимся к нам – к славянам. Совсем свеженький пример из серии «погода – это наше всё», и как мы по-разному её воспринимаем. Сегодня ночью в моей Риге слегка припорошило, к имевшимся 30 см добавилось ещё 4-5 см, не больше. В подъезде встретился с почтальоншой, и она радостно: «Как хорошо, снежок свежий выпал!». У второго подъезда стоит дворник, весь в мыле, перекуривает. На моё «Как дела, Марис?», он, в ответ: «Полный п**дец, снега вон сколько навалило!» А у последнего подъезда вечно всем недовольный Петя, мой одногодок, соседствуем уже 45 лет, брюзжит мне навстречу: «Михайлушка, опять твои синоптики снег накаркали, гады!» Щоб тэбэ пiдняло та гэпнуло, Петрусь! Мэнэ то за шо ти спозарання гадом обiзвав? За компанiю, або що?
Вот такой забавный утренний диалог, сродни парадоксу благочестия: «Можно ли курить, когда молишься? – Конечно, нельзя! – Можно ли молиться, когда куришь? – Конечно, можно!»
Вы не задумывались: почему в последние 10-15 лет в сообщаемых СМИ сводках о погоде вдруг появилась такая любовь к экстремумам? Что ни день, то новость: аномальное (сухое, жаркое, холодное, солнечное, снежное – нужное подчеркните); небывалая, неслыханная; побит абсолютный рекорд этого города/дня (недели, декады, месяца); впервые за всю историю метеонаблюдений; превышает климатическую норму на NN градусов или YY мм осадков... Будем откровенны – в большинстве случаев это не соответствует действительности. Но такой способ подачи информации нравится зрителям, слушателям, читателям. Люди хотят знать про погоду как можно больше, вот и преподносят её таким своеобразным блокбастером.
Поделюсь ещё одним своим наблюдением – о том, как люди смотрят выпуски новостей по TV. Самая привлекательная – первая часть, когда сообщают о политике. Затем мы приглушаем звук телевизора и занимаемся своими делишками или беседуем о чем-то своем – новости экономики нас интересуют мало, спорт тоже многим безразличен. Но как только подходит заветное время, мы откладываем все дела, прерываем разговоры, берем пульт, усиливаем звук – прогноз погоды свят! А некоторые, для пущей важности, в тот же вечер ещё и по другому/третьему каналу посмотрят прогноз погоды – глядишь, там что-то новое скажут… Признаюсь, я тоже частенько так делаю по всем доступным мне телеканалам: четыре местные – два на русском и два на латышском, три – российские, плюс Еuronews. Но не потому, что не верю прогнозам. Боже упаси, я же знаю работу синоптиков изнутри! Шарю по телеканалам ради комментаторов погоды. Нравятся мне они, хоть тресни! Но не в том смысле, о чем вы подумали. Хотя, не отрицаю, все они красотки как на подбор, плюс макияж, тембр голоса, стиль одежды. Но в данном случае уместна поговорка, которую я в детстве услышал от своего дедушки Тараса: «Кому нравится поп, кому – попадья, а кому – попова дочка». В этом плане мне нравится Александр Беляев, именуемый профессором на российском НТВ. Но есть нечто общее у всех этих комментаторов – это выражение глаз, мимика, интонация голоса, позы, жесты… Всё это меняется у них в зависимости от сообщаемой информации. Об ожидаемой скверной погоде они говорят извиняющимся тоном, с сосредоточенным выражением лица; но если уточняют, что это ненадолго, то в их голосе тут же появляются нотки живости. Также с сожалением в голосе и на лице телекомментаторы сообщают нам, что будет холодная и снежная погода, но тут же более веселым голосом уточняют, что, по крайней мере, сильного ветра не будет. А как разнообразна эта палитра летом, особенно накануне уикенда! Описать это может только магистр психологии…
И снова задам читателям, да и себе тоже, всё тот же вопрос: Откуда у нас этот «испепеляющий, изнурительный в своем постоянстве интерес к погоде»? Ответ я нашел в рассказе «Начало» Фазиля Искандера. И хотя писатель рассказывает о москвичах, это в равной степени относится к санкт-петербуржцам, одесситам, воронежцам… Чтобы не затруднять вас интернет-поиском, привожу отрывок из этого рассказа:
«Единственная особенность москвичей, которая до сих пор осталась мной не разгаданной, – это их постоянный, таинственный интерес к погоде. Бывало, сидишь у знакомых за чаем, слушаешь уютные московские разговоры, тикают стенные часы, лопочет репродуктор, но его никто не слушает, хотя почему-то и не выключают.
– Тише! – встряхивается вдруг кто-нибудь и подымает голову к репродуктору. – Погоду передают.
Все, затаив дыхание, слушают передачу, чтобы на следующий день уличить ее в неточности. В первое время, услышав это тревожное: «Тише!», я вздрагивал, думая, что начинается война или еще что-нибудь не менее катастрофическое. Потом я думал, что все ждут какой-то особенной, неслыханной по своей приятности погоды. Потом я заметил, что неслыханной по своей приятности погоды как будто бы тоже не ждут. Так в чем же дело? Можно подумать, что миллионы москвичей с утра уходят на охоту или на полевые работы. Ведь у каждого на работе крыша над головой. Нельзя же сказать, что такой испепеляющий, изнурительный в своем постоянстве интерес к погоде объясняется тем, что человеку надо пробежать до троллейбуса или до метро? Согласитесь, это было бы довольно странно и даже недостойно жителей великого города. Тут есть какая-то тайна.
Именно с целью изучения глубинной причины интереса москвичей к погоде я несколько лет назад переселился в Москву. Ведь мое истинное призвание – это открывать и изобретать.
Чтобы не вызывать у москвичей никакого подозрения, чтобы давать им в своем присутствии свободно проявлять свой таинственный интерес к погоде, я и сам делаю вид, что интересуюсь погодой.
– Ну как, – говорю я, – что там передают насчет погоды? Ветер с востока?
– Нет, – радостно отвечают москвичи, – ветер юго-западный до умеренного.
– Ну, если до умеренного, – говорю, – это еще терпимо.
И продолжаю наблюдать, ибо всякое открытие требует терпения и наблюдательности».